фотографии

Языческая поэзия

Они молоды, красивы, полны сил. И тот, и другая родились и выросли в Польше. Он – в Варшаве – столице страны. Она – в сельской волости Нова-Сажина. Он начинающий, успешный фотограф, получающий приличные гонорары. Она – подающий надежды дизайнер одежды, известный своими успехами во многих странах мира. Его зовут Марчин Награба (Marcin Nagraba). Ее имя - Агнешка Осипа (Agnieszka Osipa). Уже более двух лет они работают над противоречивым совместным проектом «Pagan Poetry».

Прежде всего Паган ассоциируется с Мьянмой. Много веков назад в этом государстве юго-восточной Азии располагался обширный по тем временам город Паган. Это был истинный центр науки, культуры и религии. Над домами возвышались отделанные золотом пагоды, где хранились уникальные книги и фрески. Но поселению не повезло: в XIII веке на него напали монголы и разграбили, увезя большую часть реликвий с собой. Паган так и не оправился от потерь. Жизнь в нем становилась все хуже и хуже.

Так что вскоре город принялись покидать местные жители в поисках лучшей доли. Улицы и кварталы постепенно пустели, все реже и реже слышались голоса. А потом и вовсе наступила тишина: сердце мегаполиса остановилось. Его имя было навсегда стерто с лица земли. Теперь о Пагане напоминают лишь археологические раскопки, проходящие на его территории, немногочисленные частично сохранившиеся храмы, да множество мистических легенд.

Собственно, мистика и была взята за основу Марчином и Агнешкой. Вокруг неразгаданных тайн они выстроили свою версию непознанного. И, как не трудно догадаться, на европейский лад. К азиатским фантазиям они добавили немного славянского язычества, приправили полученный микс толикой яркого природного колорита и завершили образ великолепно выполненными костюмами под старину.

От фотографий веет морозной свежестью и ночной прохладой. Авторы с нарочитой точностью используют белый, светло-голубой, черный, четко прорисовывая фон своих произведений. В них есть что-то пугающее, отталкивающие и в то же время сказочно прекрасное. Модели то прищуривают глаза, то совершенно закрывают их.

Хотя порой взор юных красавиц настолько четко устремлен в камеру, словно они готовы просверлить человека насквозь, мгновенно прочитав всю его подноготную. Лица девушек предельно серьезны и выражают решимость. Прибавим к этому чуть приоткрытые уста, широко расправленные плечи и грациозно выгнутую шею. Возникает ощущение некой неестественности и надуманности.

Хотя, по мнению Марчина и Агнешки, именно так должны выглядеть типичные приверженцы «деревенской веры». Исповедуя культ предков, они приносят нескончаемые дары своим богам, совершают жертвоприношения. На снимках много незначительных деталей. Впрочем, именно они помогают уловить тонкий подтекст. Скажем, рыба в руках девушки – дань идолу глубоких вод.

Черепа животных олицетворяют подать всемогущему плодородию. Длинный кинжал без ножен символизирует власть. А расплавившиеся свечные огарки — окончательную победу света над тьмой.

Мьянма остается Мьянмой, но у названия нашего проекта есть и совсем другая составляющая. Дело в том, что в Средневековой Европе существовал такой термин «paganus». Это латинское слово, и его употребляли, когда речь шла о сельской местности. Позже значение изменилось и термин стали применять по отношению к простолюдинам, неверующим. Возникло даже такое выражение – «religia pagana» — сельское инакомыслие. Мы с Агнешкой попытались представить, как жили поколения много веков назад и передать атмосферу тех далеких эпох, — говорит фотограф Марчин Награба.

В это сложно поверить, но почти все съемки проходят в домашних условиях. Специально под «Pagan Poetry» Марчин переделал одну из своих комнат в квартире. Теперь это и фото-студия, и гримерная. «На подготовку моделей нам обычно не требуется много времени. Make up и вовсе может занять пятнадцать-двадцать минут», — делится впечатлениями поляк. Тем не менее здесь он, разумеется, хитрит. Грим создан до того виртуозно и артистически, что сродни настоящему произведению искусства. Вполне понятно, что такое творение требует немалых сил. Разноцветные тонкие линии имеют правильную геометрическую форму. Не диссонируя друг с другом, они мягко перетекают из прямоугольника в треугольник. Затем появляется круг, хранящий в своем чреве загадочные языческие письмена древних народов. Нередко Агнешка, а именно она отвечает за макияж, украшает анфас своих идолопоклонниц всевозможными бусинами, стразами, блестками. Причем делает это настолько умело, что обилие бисерин совсем не режет взгляд, а, наоборот, дополняет образ.

Осипа также сама шьет всю одежду. Не только платья, но и поразительные по величавости кокошники. Смотрятся они могущественно и кажутся непомерно тяжелыми. Впрочем, в основе этих фантастических головных уборов обыкновенный плотный картон. Его дизайнер обтягивает бархатом, а потом обшивает бусами, инкрустирует фольгой, цветами, проволокой, стеклом. По бокам периодически пускает рясны – нити жемчуга, спадающие до плеч. Или отделывает свои творения поднизью – закрывающей лоб сеткой из камешков.

Славянским фольклором я интересовалась с детства. Он привлекал меня своей непосредственностью и таинственностью. Когда мои родители читали на ночь сказки, всегда представляла себе красавиц с длинными, туго заплетенными косами. Мои юношеские альбомы для рисования все были испещрены эскизами народных платьев разных цветов и фасонов. Именно поэтому, окончив общеобразовательную школу, поступила Лодзинскую Академию изобразительных искусств. Это позволило мне начать реализовываться профессионально. И хотя нежный возраст давно позади, на моем письменном столе до сих пор лежит книга баллад прославленного чешского писателя Карела Яромира Эрбена (Karel Jaromír Erben). Собственно, на сегодняшний день она мой основной вдохновитель. Также посматриваю фильмы, сериалы на исторические темы. Если работа заладится, готова трудится по шестнадцать часов в день. Для костюмов использую разные материалы. Но больше всего нравится кожа. Она упругая и плотная, как броня, — признается Агнешка Осипа

На фотографиях изображены не только юные барышни, но есть и пожилая особа – главная жрица. Она никогда не улыбается, ее жизненная чаша уже давно переполнена.

Женщина прошла огонь, воду, и медные трубы. Она встречалась лицом к лицу с невзгодами, потерями, ее настигали напасти и горести. Но героине удалось устоять, удержав сердце открытым. Не случайно на ее коленях уютно примостился белый пушистый кролик – примета добродетельности.

Многие наряды дамы эффектно украшены ягодами и ветками. Это свидетельствует о близости с природой. А еще женщина бережно хранит секреты своих прадедов. Прижав руки в золотых перчатках к груди, она медитирует, настраиваясь на нужную, никому не ведомую волну.

Однако, раскроем карты: роль языческой Менады успешно воплощает в реальность мама Награба. Так она поддерживает сына в его необычном начинании. Что до Марчина и Агнешки, то они продолжают сочинять новые эпизоды. Их языческая поэзия, воплощенная в фотографии, лишь перевернула очередную страницу.

Источник: nagrabamarcin.carbonmade.com