видео

Будущее на экране

По версии режиссеров блокбастеров дорога в светлое будущее отнюдь не устлана желтым кирпичом. Их видение нашей планеты через несколько десятков или сотен лет чаще всего ужасно пессимистично: люди должны бороться с пришельцами, машинами, самой системой…

technology

Ты только раб, Нео. Как и все, ты с рождения в цепях, с рождения в тюрьме, которую не почуешь и не коснешься — в темнице для разума.

Морфеус, «Матрица»

О каком будущем мы задумывались в 2000-х, и какое будущее нам представляется в 2014 году? Понятно, что каждый фильм был отражением своей эпохи, например, в 60-х преобладали фильмы о космосе («Звездный путь», «Космическая Одиссея»), в конце 70-х — о захвате пришельцев («Чужой»), в 80-х начали разговаривать об искусственном интеллекте(«Бегущий по лезвию»), а конец 90-х и 2000-е — это сплошной апокалипсис («Пятый элемент», «Апокалипсис»).

technology

Самая разносторонняя тема — эта идея технологического прогресса. Сценаристы по-настоящему вцепились в эту мысль еще в 80-х годах и продолжают не отпускать ее и в нашем 2014 году. Спросите: почему? Ну ответ-то прост: до Марса мы еще не долетели, пришельцы пока не атакуют, а Iphone 6 уже вышел. Вот и фильмы концентрируются на том, что развивается больше всего. Ну вот, что такого радикального изменяется в фильмах о космосе? Они становятся более документальными и менее футуристическими, если только.

В фильмах о новых технологиях, как мне кажется, меняется многое. Кажется так не только мне, но и, например, словенскому философу Славой Жижеку.

technology

Этот бородатый эксцентричный фрейдомарксист покорил весь мир такими работами, как «Киногид извращенца» (2006), «13 опытов о Ленине» (2003) или «Добро пожаловать в пустыню реальности» (2002). Стойте-стойте… а фраза «добро пожаловать в пустыню реальности» не кажется вам знакомой? Да-да, это именно та пустыня, усеянная семенами-капсулами, в которых хранятся люди, как эмбрионы. Эту полюбившуюся Жижеку фразу произнес Морфеус в первой части «Матрицы», когда Нео встречается нос к носу с «реальным» миром.

В этой книге Жижек активно использует философию самой «Матрицы». Он утверждает, что фильм отсылает нас к французскому постмодернисту Жану Бодрийяру и его работе: «Симулякры и симуляция» (1981). А теперь, самые ярые фанаты «Матрицы», обратите внимание, в самом начале фильма Нео хранит свой запретный диск в этой книге Бодрийяра.

technology

Почему же Бодрийяр оказался так важен для братьев Вачовски? Будем рассуждать логически: Бодрийяр утверждал, что все мы погружаемся в воображаемую реальность благодаря новым технологиям. Все медиа, телевидение, пресса, интернет, затаскивают нас в ту стадию симуляции, когда настоящие ценности перемешиваются с выдуманными. И мы живем в некотором миксе из реальности и проекций.

О чем же говорится в фильме «Матрица»? Братья Вачовски представили привычный нам мир, как мир воображаемый. Но люди, которые могут вырваться из этого капкана, — это, во-первых, те, кто нарушает закон, а во-вторых, те, кто в этой симуляции лучше всех может разобраться. Не зря же Нео — программист и хакер.

technology

Сама «матрица» далека от идеала. Город изображен в серо-черных тонах, повсюду толпы безликих, хмурых людей. Все кажется серым в этом мире. Но когда Нео открывает глаза и видит настоящую реальность, мы понимаем, что все это были «цветочки», а сейчас начались «ягодки». Оказывается, люди — это пища для машин. А высокоразвитые механизмы используют их, чтобы функционировать и развиваться, люди же тем временем замкнуты в своей нескончаемой «матрице». Война между человеком и машиной как тема далеко не нова. Взять хотя бы «Бегущего по лезвию» (1981), но мысль о том, что мы это всего лишь топливо для машин, доводит судьбу человечества до полного фиаско.

Итак, это одна точка зрения: технологии — это опасность

Новые средства ухода от реальности конструируют новые миры и одновременно легитимируют старый мир (поддерживают матушку-систему). Все это мешает задумываться нам о том, в каком строе мы живем.

Однако в последней части трилогии и «матрица», и сами машины показаны с другой стороны: их образ смягчается, и они перестают выставляться абсолютным злом. Во-первых, показаны хорошие стороны самой системы: люди там гораздо больше вкусно едят, пьют вино, целуются, смотрят на красивый закат. А во-вторых, сами машины очеловечиваются: вспомним индийскую девочку, которая остается в «матрице» из-за любви своего отца. Даже Нео смотрит на это… и умиляется. А также становится понятно, что машины не могут уничтожить человечество. Люди им просто необходимы, чтобы продолжить существование.

Можно сделать следующий вывод: они нужны нам, а мы им

Получается, что и мы без технологий не можем, и машины не могут без нас. Как же эволюционирует наше представление о будущем? Если в «Бегущем по лезвию» (1981) речь шла об искусственном интеллекте и о человечности машин, то основная мысль «Матрицы» покоится в бесконечной зависимости людей от технологий. И в том, как эти технологии нас буквально заталкивают в систему.

technology

Не забываем о том, что фильмов о человечности роботов выпустили немало. Можно вспомнить и «Двухсотлетнего человека» (по роману Айзека Азимова, 1999) и мультик «Валл-и» (2008). Но эти картины довольно однобоко и позитивно описывают машины и их стремление быть похожими на людей. «Матрица» же интересна своей философией и неоднозначностью.

Через 10 лет после «Матрицы» лейтмотив футуристических произведений о технологиях несколько изменился. Активно стали обсуждаться такие явления, как социальные сети, геймерская реальность, роботы, смартфоны. Возьмем, к примеру, нашумевший английский сериал-сатиру «Черное зеркало» (2011 год — 1 сезон, 2013 год  2 сезон). Каждый эпизод — это отдельное произведение 40–50 минут, главной темой которого является наше недалекое будущее, где технологии играют далеко не последнюю роль. Квинтэссенцией нашего технологичного будущего является первый эпизод второго сезона: «Скоро вернусь».

Это трагичная история о том, как девушка Марта теряет своего молодого человека Эша и в отчаянии натыкается на одну новую программу, которая может вернуть к жизни ее любимого. Так как он был активным пользователем социальных сетей, программа в силах соединить все, что он когда-либо постил в единое целое, и спроектировать некую манеру поведения, состоящую из наборов вопросов, ответов и соответствующих эмоций. Поначалу главная героиня общалась с этим «чудом» по телефону, а потом решилась пойти дальше и создать монстра: робота-мужчину с «твиттерным» мозгом.

Естественно, что через какое-то время Марта поняла, что это не ее Эш, а лишь его часть, которую он выставлял напоказ, то каким он хотел казаться на пространствах интернета. Тут у девушки сдали нервы, она начала злиться, кричать на своего робота, даже хотела убить его…Но так и не смогла, и оставила жить этого «чудика» на чердаке. Эпизод выполнен в очень мягких «инстаграммных» тонах. Девушка почти всегда находится наедине с природой и со своим «любимым». Все протекает очень спокойно, и казалась бы, что драмы нет.

technology

Итог третий: технологии нас запутывают

Несмотря на то, что это приложение помогло Марте пережить смерть любимого, она жила в иллюзии того, что он рядом. В этом состоянии ей не было больно, в своем забытье она себя чувствовала даже очень хорошо. Но когда она осознала, что «так бы Эш не сказал или так бы никогда не сделал»… Она начала злиться и на себя и на своего клонированного монстрика. Это отличный пример запудривания себе мозгов с помощью технологий. Ведь Марта изначально знала, как действует программа, но все равно согласилась на ее использование, теша себя иллюзией, что так она сможет убежать от своего одиночества.

Тема одиночества и некоторого замыкания на себе отчетливо звучит не только в этом сериале, но и в фильме «Она» (2013) Спайка Джонса.

Эта картина заслуживает особенного внимания. Возьмем хотя бы жанр: фантастическая мелодрама. Уже вызывает вопросы, что это за сочетание такое странное? Действительно, фильм выполнен во всех традициях мелодрамы: от мягких красивых полутонов картинки до привычной сюжетной линии (они встречаются, влюбляются, ездят в отпуск, она ему изменяет, расходятся). Только вот вместо второй половинки главный герой, Теодор, имеет не мужчину или женщину, а операционную систему (кстати, ее озвучивает горячая Скарлетт Йохансон). А причиной всего является безмерное одиночество героя. Он прикрывается технологиями, как одеялом, чтобы не просыпаться. И чтобы продолжать жить в своем маленьком спокойном и контролируемом мирке.

technology

Вывод номер четыре: технологии облегчают наше одиночество

Замыкаясь в своем одиночестве, Теодор не хочет признать, что существует какая-то проблема. Казалось бы, фильм позитивный, никто не умирает, заканчивается все неплохо, но это щемящее чувство жалости к главному герою за его незначительное и постоянное унижение делает этот фильм настоящей драмой.

technology

В чем разница в представлении о будущем боевика «Матрица» и романтичной мелодраме «Она»? По своей идее у них очень много сходств: например, мысль о симбиозе машин и человека. Для меня самым шокирующим моментом является тот, когда Теодор идет на двойное свидание: он со своей операционной системой Самантой, а его босс со своей подругой. И самое поразительное в том, что свидание проходит «на ура». Они греются на солнышке (все, кроме Саманты, она заключена в смартфоне Теодора) и мило воркуют за пикником. Такая ситуация всеми одобряется и принимается. Ты можешь любить, кого хочешь! И самое смешное, что мы как зрители невольно задумываемся над этим моментом, но нашу картину мира он, прямо скажем, не разрушает. Как будто это действительно может произойти в недалеком будущем.

Вот представьте себе, приходит домой ваш будущий сын и говорит: «Знакомьтесь, это Маша, новая модель андроида». Вся магия этого фильма в том, что когда его смотришь, кажется, что именно такое будущее нас ждет. И в этом будущем люди и машины скреплены больше, чем в «Матрице»: у машин есть свои права и их принимают практически как равноценных членов общества. В этом и есть главное отличие «Матрицы» от «Ее». Тем более что такая реальность нам намного ближе сейчас, реальность, в которой захват машин происходит не через борьбу, а скорее, через постель, уж простите. Что ни на есть мирным путем.

Что же нас ждет в будущем? Захватят ли нас машины? Или мы победим технологии и отвоюем нашу «реальность» обратно? Думается, что граница между машиной и человеком все больше стирается, как и между воображаемым миром и реальным. Мы зависим от машин все больше и в физическом и в психологическом плане. А вот как представляется вам будущее? Как трагичный захват машинами нашего мира? Или как романтическое слияние с технологиями? Пока что режиссеры склоняются больше ко второму варианту.

technology